Владимир Соловьёв

Ночное плавание

        ИЗ "РОМАНЦЕРО"

  Вздымалося море, луна из-за туч
          Уныло гляделась в волне.
  От берега тихо отчалил наш челн,
          И было нас трое в челне.

  Стройна, недвижима, как бледная тень,
         Пред нами стояла она.
  На образ волшебный серебряный блеск
         Порою кидала луна.

  Тоскливо и мерно удары весла
          Звучали в ночной тишине.
  Сходилися волны, и тайную речь
          Волна говорила волне.

  Вот сдвинулись тучи толпой, и луна
          Сокрыла свой плачущий лик.
  Повеяло холодом... Вдруг в вышине
          Пронесся пронзительный крик,

  То белая чайка морская,- как тень,
          Над нами мелькнула  она.
  И вздрогнули все мы,- тот крик нам грозил,
          Как призрак зловещего сна.

  Не брежу ли я? Иль то ночи обман
          Так злобно играет со мной?
  Ни въявь, ни во сне - и страшит, и манит
          Создание мысли больной.

  Мне чудится, будто - посланник небес -
       Все страсти, все скорби людей,
  Все горе и муки, всю злобу веков
       В груди заключил я своей.

  В неволе, в тяжелых цепях Красота,
       Но час избавленья пробил.
  Страдалица, слушай: люблю я тебя,
       Люблю и от века любил.

  Любовью нездешней люблю я тебя.
       Тебе я свободу принес,
  Свободу от зла, от позора и мук,
       Свободу от крови и слез.

  Страдалица, горек любви моей дар,
       Он - смерть для стихии земной,
  Лишь в смерти спасение падших богов.
       Умрешь и воскреснешь со мной.

  Безумная греза, болезненный бред!
       Кругом только мгла да туман.
  Волнуется море, и ветер ревет...
        Все призрак, вес ложь и обман!

  Но что это? Боже, спаси ты меня!
       О, Боже великий, Шаддай!
  Качнулся челнок, и всплеснула волна...
       Шаддай! о, Шаддай, Адонай!

  Уж солнце всходило, по зыби морской
       Играя пурпурным лучом.
  И к пристани тихо причалил наш челн.
       Мы на берег вышли вдвоем.