Владимир Соловьёв
БИБЛИОТЕКА ПОЭЗИИ    
Стихотворения
«Ax, далеко за снежным Гималаем...»
L'onda dal mar' divisa
Les revenants
Vis ejus integra si versa fuerit in terram
Автопародия
«Близко, далеко, не здесь и не там...»
В землю обетованную
В окрестностях Або
Воскресшему
«Восторг души расчетливым обманом...»
«Все память возвратить готова...»
«Вы были для меня, прелестное созданье...»
«Город глупый, город грязный!..»
Гроза утром
Дракон
«Душный город стал несносен...»
«Если желанья бегут, словно тени...»
«Зной без сияния, тучи безводные...»
Из «Vita Nuova»
Иматра
Июньская ночь на Сайме
Князю Д. Н. Цертелеву
«Когда в свою сухую ниву...»
«Когда, весь черный и немой...»
Колдун-камень
«Колеблется воля людей, что волна... »
«Коль обманулся ты в любви... »
Кумир Небукаднецара
Л. М. Лопатину
«Лишь только тень живых, мелькнувши, исчезает...»
Лунная ночь в Шотландии
«Люблю я дам сорокалетних...»
М. М. Стасюлевичу
М. С. Соловьеву
М.С. Сухотину
Метемпсихоза
«Милый друг, не верю я нисколько...»
«Мирный сон снится вам...»
Молодой турка
Монрепо
Моя ладья
Мудрый осенью
Н. Я. Гроту
Н. Я. Гроту и Л. М. Лопатину
«На звезды глядишь ты, звезда моя светлая!.. »
На мотив из Мицкевича
«На небесах горят паникадила...»
На палубе «Торнео»
На палубе «Фритиофа»
«Наконец она стряхнула...»
«Не боюся я холеры...»
«Не по воле судьбы, не по мысли людей...»
Неопалимая Купина
«Непроглядная темень кругом...»
Ночное плавание
Ночь на Рождество
«Опять надвинулись томительные тени...»
«От пламени страстей нечистых и жестоких...»
Отзыв на «Песни из Уголка»
Песнь горцев
Песня офитов
По дороге в Упсалу
По поводу стихов Майкова «У гробницы Грозного» и стихов Фофанова на могиле Майкова
По случаю падения из саней вдвоем
Поправка
«Пора весенних гроз еще не миновала...»
Поэт и грачи
Признание
Прощание с морем
«Пусть тучи темные грозящею толпою...»
Размышление о неизменности законов природы
С. М. Мартыновой
«Сказочным чем-то повеяло снова...»
«Слов нездешних шепот странный...»
Сон наяву
«Старую песню мне сердце поет...»
«Сходня...»
Таинственный гость
«Тебя полюбил я, красавица нежная...»
«Трепетали и таяли звуки...»
«Три дня тебя не видел, ангел милый...»
Умные звезды
Хвалы и моления Пресвятой Деве
«Цвет лица геморройдный...»
Чем люди живы?
Читательница и анютины глазки
«Что сталось вдруг с тобой?..»
«Что этой ночью с тобой совершилося?..»
«Шум далекий водопада...»
Эммануэль
«Эти грозные силы, что в полдень гремели...»
«Эти финские малютки...»
«Этот матово-светлый жемчужный простор...»
Эфиопы и бревно
«Я был велик. Толпа земная...»
«Я смерти не боюсь. Теперь мне жить не надо...»
Стихотворения 1872 г.
«Природа с красоты своей...»
Стихотворения 1874 г.
«Лишь год назад — с мучительной тоскою...»
Прометею
Стихотворения 1875 г.
«В сне земном мы тени, тени...»
«Вся в лазури сегодня явилась...»
«Как в чистой лазури затихшего моря...»
«У царицы моей есть высокий дворец...»
«Хоть мы навек незримыми цепями...»
«Что роком суждено...»
Стихотворения 1876 г.
Три свиданья
Стихотворения 1878 г.
«В былые годы любви невзгоды...»
«Взгляни, как ширь небес...»
«Газели пустынь ты стройнее и краше...»
Отрывок
Стихотворения 1880 г.
Посвящение к неизданной комедии
«Уходишь ты, и сердце в час разлуки...»
Стихотворения 1881 г.
«О, как в тебе лазури чистой много...»
Стихотворения 1882 г.
«В стране морозных вьюг...»
«Под чуждой властью знойной вьюги...»
Три подвига
Стихотворения 1883 г.
«Бескрылый дух, землею полоненный...»
Стихотворения 1884 г.
«В тумане утреннем неверными шагами...»
Стихотворения 1885 г.
«Какой тяжелый сон!..»
Стихотворения 1886 г.
В Альпах
Видение
«Земля-владычица! К тебе чело склонил я...»
Осеннею дорогой
Осенняя прогулка рыцаря Ральфа
«Признание даме, спрашивавшей автора...»
Пророк будущего
Скептик
Таинственный пономарь
«Там, под липой, у решетки...»
Стихотворения 1887 г.
«Бедный друг, истомил тебя путь...»
«Безрадостной любви развязка роковая!..»
«Друг мой! прежде, как и ныне...»
Своевременное воспоминание
Стихотворения 1890 г.
Ex oriente lux
Из письма
Стихотворения 1891 г.
«В сей день безумья и позора...»
Стихотворения 1892 г.
«Был труден долгий путь...»
«В час безмолвного заката...»
«Ветер с западной страны...»
«Вижу очи твои изумрудные...»
«День прошел с суетой беспощадною...»
«Зачем слова? В безбрежности лазурной...»
«Милый друг, иль ты не видишь...»
«Мы сошлись с тобой недаром...»
«Нет вопросов давно, и не нужно речей...»
«О, что значат все слова и речи...»
Память
«Потому ль, что сердцу надо...»
«Пусть осень ранняя смеется надо мною...»
Скромное пророчество
«Там, где семьей столпились ивы...»
«Тесно сердце — я вижу — твое для меня...»
Эпитафия
«Я добился свободы желанной...»
Стихотворения 1894 г.
Акростихи. Цикл I: «Сафо»
На Сайме зимой
Панмонголизм
С Новым годом (1 января 1894)
Сайма
Стихотворения 1895 г.
На поезде утром
Отшедшим
Пародии на русских символистов
Стихотворения 1896 г.
Другу молодости
Стихотворения 1897 г.
А. А. Фету
На смерть А. Н. Майкова
Надпись Л. Лопатину на «Оправдании добра»
«Некогда некто изрек...»
«Нет, силой не поднять тяжелого покрова...»
Око вечности
Памяти А. А. Фета
Родина русской поэзии
Старому другу
«Я озарен осеннею улыбкой...»
Стихотворения 1898 г.
11 июня 1898 г.
Das Ewig-Weibliche
В архипелаге ночью
Знамение
«Лишь забудешься днем...»
Мимо Троады
На смерть Я. П. Полонского
На том же месте
Нильская дельта
Ответ на «Плач Ярославны»
«Отказаться от вина...»
Песня моря
Стихотворения 1899 г.
Белые колокольчики
Две сестры
У себя
Стихотворения 1900 г.
Вновь белые колокольчики

Соловьев Владимир Сергеевич

Соловьев Владимир Сергеевич (1853-1900), русский философ, поэт, публицист и литературный критик. Родился 16 (28) января 1853 в Москве, сын С.М. Соловьева, ученого-историка, автора монументальной Истории России с древнейших времен. По материнской линии отдаленный родственник украинского философа Г.С. Сковороды. Блестяще окончив гимназию, Соловьев поступил на физико-математический факультет Московского университета, где проучился два года. Перешел на третий курс историко-филологического факультета и в качестве вольнослушателя посещал лекции в Духовной академии. «Будучи с детства занят религиозными предметами, я в возрасте от 14 до 18 лет прошел через различные фазы теоретического и практического отрицания», — писал он. Окончив университет в 1873, по особому ходатайству был оставлен при кафедре философии для приготовления к профессорскому званию. В 1874 защитил магистерскую диссертацию «Кризис западной философии». Диссертация была строго осуждена в «Отечественных записках» (1875, № 1), но в академических кругах произвела самое благоприятное впечатление, и Соловьев получил должность доцента Московского университета по кафедре философии. Лекции он читал лишь полгода: 31 мая 1875 его командировали за границу «с целью изучения индийской, гностической и средневековой философии». Соловьев побывал в Лондоне, Париже, Ницце и в Египте. Приобретенный им при этом мистический опыт, во многом предопределивший его дальнейшую творческую деятельность, задним числом описан в поэме «Три свидания» (1898). К середине 1870-х годов относятся его первые значительные стихотворения, сопутствовавшие развитию философской мысли («Хоть мы навек незримыми цепями», «Вся в лазури сегодня явилась», «У царицы моей есть высокий дворец» и т.д.). Владимир Соловьев желал считать себя лишь «благодарным учеником фетовской поэзии» (А. Блок), на деле же стихи его открывали новые поэтические перспективы и послужили стимулом творчества Блока, Вяч. Иванова, Ю. Балтрушайтиса и других младших символистов.

1877-1881 Соловьев провел большей частью в Санкт-Петербурге, читая курсы лекций в университете и на Высших женских курсах и подготавливая к печати свои программные философско-богословские сочинения «Философские основы цельного знания» (1877), «Критика отвлеченных начал» (1877-1880) (последнюю он защитил как докторскую диссертацию) и «Чтения о Богочеловечестве» (1878-1881).

Осудив убийство народовольцами Александра II, Соловьев, однако, обратился к новому императору с настоятельным предложением помиловать цареубийц во имя высшей, божеской справедливости. Это вызвало крайне отрицательную реакцию официальных кругов (в первую очередь К.П. Победоносцева), и, не желая подчиняться никаким и ничьим указаниям, Соловьев решил оставить преподавательскую деятельность. Лишь через восемнадцать лет, незадолго до смерти, он прочел ряд лекций в новоучрежденном Санкт-Петербургском философском обществе. Эти годы были чрезвычайно продуктивны: Соловьев занимался научно-теоретическими исследованиями в области истории и философии религии (единственном, по его убеждению, «пути к истинной философии»), опубликовал десятки публицистических и литературно-критических статей, в 1891-1900 тремя изданиями вышла книга Соловьева «Стихотворения». В 1882-1888 он обращался преимущественно к религиозно-церковным вопросам, главные работы Соловьева этого времени — «Духовные основы жизни» (1882-1884), «История и будущность теократии» («Исследование всемирно-исторического пути к истинной жизни») (1885-1887), «Россия и вселенская церковь» («La Russie et l’Eglise Universelle. Paris», 1889).

Историософские устремления мотивируют разработку Соловьевым конкретных политических проблем в трактате «Великий спор и христианская политика» (1883-1887) и двух выпусках (1883-1888 и 1888-1891) исследования «Национальный вопрос в России» (следует учитывать и то, что российская духовная цензура, оскорбленная лояльным отношением Соловьева к католичеству, категорически запретила ему затрагивать церковные вопросы). Сюда же относятся труды «Китай и Европа» (1890), «Из философии истории» (1891), «Византизм и Россия» (1896).

Нравственно-метафизическая подоснова подлинного, сопричастного Богу существования изучается в итоговых философских трактатах Соловьева — «Смысл любви» (1892-1894) и «Оправдание добра» (1894-1897). Здесь наиболее полно представлена его доктрина «всеединства» и «цельного знания», отраженная в учении о «мировой душе» — Софии. Средоточием эстетического учения Соловьева было прозрение художника, сообразное живой истине мироздания, т. е. религиозному откровению. Многие его собственные стихотворения, например, «Бедный друг! истомил тебя путь», «Милый друг, иль ты не видишь», «Вечно женственное» («Das Ewig-weibliche»), стали программными текстами раннего русского символизма, при том что на брюсовские сборники «Русские символисты» (1894-1895) Соловьев, принципиальный противник «декадентства», отозвался насмешливой рецензией и меткими пародиями. Ироническая струя вообще была сильна в его художественном творчестве, о чем свидетельствуют его шуточные стихи, эпиграммы и пьеса-буффонада «Белая лилия» (1893).

В конце жизни, к началу новой революционной эпохи, явственно дававшей о себе знать, принципиально оптимистическое мировоззрение Соловьева обрело тревожный призвук. Предчувствие грандиозной социальной катастрофы общемирового масштаба и ее отражение в сознании и судьбе чуткого мыслителя определяют пафос его драматических диалогов «Три разговора» (1899-1900), поздней эссеистики («Воскресные письма», 1897-1898) и историко-философского исследования «Жизненная драма Платона» (1898). Предсказания, предчувствия и обращенные в будущее соображения Соловьева отразились в политическом и поэтическом сознании последующих десятилетий; так, его стихотворная декларация «Панмонголизм» прямо предвещает поэму Блока «Скифы».

В декабре 1874 Соловьев много размышлял о Софии — божественной Премудрости, личностному воплощению божественной первоосновы мира. Премудрость, живущая от вечности в Боге, после грехопадения мировой души (тварного образа нетварной Премудрости) осталась в Боге. Для Соловьева это не просто миф, София для него — предмет чувственно-сверхчувственного мистического опыта. Свою задачу отныне он видит в том, чтобы содействовать восстановлению целостности мира, объединению мировой души с небесной Софией. Это содействие не могло для него ограничиться академической и литературной сферой. Участие в осуществлении Всеединства состоит в подчинении воле Бога, играющей определяющую роль во всех областях частной и общественной жизни. Соловьев называет это «теургическим творчеством» или «христианской политикой».

Соловьев считал Россию и славянский мир центром и отправным пунктом вселенской теократии и он настаивал на том, что именно здесь духовная и культурная, социальная и политическая жизнь должна быть отмечена Духом Христовым. Но он все больше ощущал, насколько русская действительность не соответствует этому требованию.

Разочаровавшись в Русской православной церкви, которая в результате «безмолвного подчинения светской власти» лишилась возможности помогать государству пророческими указаниями, Соловьев стал по-другому относиться к «римскому началу», которое прежде резко осуждал. В те годы Рим (понтификат Пия IX и Льва XIII) подавал пример энергии и непреклонности: церковь, казалось бы, лишенная власти, выступила против «заблуждений нашего времени» (перечень их дан в «Силлабусе» Пия IX), против притязаний секуляризованных государств.

В расколе христианства философ видел явление, противоречащее воле Христа и духу христианства. К концу жизни Соловьев был православным в своем убеждении, что православие есть чистейшая и совершеннейшая форма христианства. В то же время, он был католиком, считая, что Рим является законным и традиционным центром христианского мира. И он был протестантом в своей внутренней свободе по отношению ко всем церковным институтам и в защите совершенно свободного философского и богословского исследования. Эту религиозную установку («Я так же далек от ограниченности латинской, как и от ограниченности византийской или аугсбургской, или женевской») он называл «религией Святого Духа».

Помимо поэтических произведений, философских трудов и многочисленных критических статей о творчестве Достоевского, А. Пушкина, М. Лермонтова, А. Фета, А.К. Толстого и др., а также трактатов по эстетике, Соловьеву принадлежат переводы Платона, Вергилия, Петрарки, Гофмана.

Умер Владимир Соловьев в с. Узкое под Москвой 31 июля (13 августа) 1900.





Меня дождется мой заветный храм. 00:00